Первый по имени Адам
На Ферме объявился новый персонаж. Никак иначе его не назовёшь. По виду — безумный доктор из немого кинофильма. Нескладный, угловатый, дёрганый, со стоящими дыбом волосами и в белом халате. Мартын (как его в наше время угораздило получить такое имя?) Вениаминович оказался лаборантом, присланным Богомолом, при этом абсолютно нормальным и даже разговорчивым человеком.
— Буду регулярно брать образцы крови у вашего Змея Горыныча, — объявил он.
— Нам не нужен контроль. Мы сами следим за его здоровьем, — проговорил Мотя обидчиво.
— Верю, — ответил Мартын. — Я буду следить только за уровнем маркера LR3.
— Никогда о таком не слышал, — надменно бросил Мотя.
— Последнее слово науки, — туманно объявил лаборант.
Мотя фыркнул возмущённо и ушёл. А я продолжила расспросы:
— Так у Адама какой уровень?
— Пока очень низкий, практически нулевой. — Со мной лаборант был более словоохотлив, нежели с ревнивым Мотей. — Возможно, это зависит от возраста.
— И что это означает?
— Ничего особенного. Всего лишь то, что его печень не вырабатывает гормон долголетия. Но он пока и огнём не дышит…
— Огонь-то при чём?
— Ещё один показатель.
Меня как ледяной водой окатило. Не случайно, выходит, слухи ходят-бродят…
Я-то прежде думала, — журналисты заводят разговоры об огнедышащих драконах, чтобы привлечь к себе внимание и расширить аудиторию. Помню дискуссию, которую однажды откопал Ломоносов в разгар общего увлечения всем, что связано с драконами. Надуманный, рассчитанный на определённую аудиторию спор, вели два человека. Один — полный и спокойный, другой — тощий и желчный.