Верстая вёрсты
— Сколько отсюда до Киева? — спросил Субудай. Он вынул из торбы вместе с бобами горсть золотых монет, подбросил их на ладони и положил около себя.
У Плоскини глаза разгорелись, и он облизал языком сухие губы.
— А на что тебе Киев? От Киева русские не пойдут. Ведь до Киева отсюда далеко, вёрст шестьсот...
— Что такое «вёрст»? — рассердился Субудай. — Не понимаю «вёрст»!.. Ты скажи мне, сколько до Киева конских переходов.
— Если отсюда на Киев поедешь на одном коне, то будешь прямиком ехать дней двенадцать. А о-двуконь — проскачешь шесть дней.
— Вот теперь ты мне стал говорить толком.
Этот диалог из книги Василия Яна «Чингисхан» заставил меня задуматься о восприятии расстояния представителями разных народов. «Не понимаю „вёрст”!..» — восклицает Субудай-богатур и требует, чтобы бродник Плоскиня мерил расстояние до Киева более понятными для кочевника-монгола единицами — конскими переходами. Слово «верста» ему не только не знакомо, но и, если вдуматься, чуждо по сути. Ведь слово это по своему происхождению связано с земледелием.
В Этимологическом словаре русского языка Макса Фасмера1 указывается, что слово «верста» связано с «верте́ть» и первоначально обозначало «оборот плуга»: «Ср. лит. var̃stas, varsnà „верста, расстояние, пропахиваемое за один раз в одну сторону”, прич. vir̃stas, оск.-умбр. vorsus „мера пашни”, буквально „оборот”, лат. vorsus (versus), др.-инд. vr̥ttás „круглый, закрученный”». То есть верста тоже связана с расстоянием, пройденным лошадью, только не той, что под седлом, а той, что впряжена в плуг.