Алиса Таежная уже несколько лет проводит своп-вечеринки

РБКJamiyat

Алиса Таежная: Всем сестрам по серьгам

Подготовила Александра Владимирова

Представьте себе вечеринку, гости которой приносят с собой одежду, обувь или аксессуары и потом обмениваются ими. Участницы тусовки (чаще всего это, конечно, девушки) по очереди представляют свои вещи, рассказывая их историю и объясняя, почему решили с ними расстаться. Те, кому платье или сумка понравились, поднимают руку или как-то иначе обозначают свой интерес. Такие встречи называются свопом. В Москве их уже несколько лет проводит кинокритик Алиса Таежная.

Все происходит в непринужденной атмосфере, которую Таежная описывает как «хаос и анархия», имея в виду, что одежда не развешивается на вешалках и никто не следит за тем, чтобы человек забрал ровно столько вещей, сколько принес с собой на своп. Каждый приносит столько, сколько готов отдать (главное — чистое и красивое), и забирает столько, сколько получает. Так не нужные кому-то платья, сапоги и бусы получают право на новую жизнь.

— Первую своп-вечеринку на самом деле придумала пять лет назад моя подруга Наиля Гольман, очень хороший event-менеджер и кинокритик. В 2014 году она пригласила подружек, около десяти человек, к себе домой. Мы радостно выпили вина, наелись сыра и обменялись вещами. Стало понятно, что утверждение One man's trash is another man's treasure («Что для одного мусор, для другого — сокровище». — РБК) очень актуально. Оказалось, что люди с радостью расстаются с вещами, когда видят, как у человека, получающего их, загораются глаза. Более того, в домашней атмосфере обретать новые вещи было тоже гораздо приятнее, чем в магазине, — без ценников, надзора консультантов и охранников. Это расслабляет.

Во время первых обменов я поняла, сколько времени, сил и денег у меня уходило на то, чтобы покупать вещи, с которыми так и не появлялось ментальной связи: они мне либо не шли, либо не нравились. При этом оказалось, что эти вещи — отличный способ передать любовь, заботу и свой вкус другим девочкам, подружкам. Мне очень понравилось это ощущение какого-то «сестринства», семьи, и я поняла, что мне этого не хватает.

С тех пор я начала устраивать свопы у себя — просто звала подружек через Facebook (соцсеть признана в РФ экстремистской и запрещена), просила их привести своих подружек. Сейчас моя своп-группа разрослась до 2,5 тыс. человек. В свое время я в нее добавляла всех-всех-всех, но, когда запросов стало слишком много, я начала «сортировать» людей просто по числу общих друзей. Я не хочу, чтобы группа потеряла свой костяк и начались какие-то недопонимания. Стараюсь изо всех сил это пресекать.

В какой-то момент люди перестали помещаться в квартиру. Они приходили с чемоданами, на каждый своп набиралось по 50 пар обуви, случайно забирались чужие шарфы, так как девочки думали, что они «свопятся». У меня еще тогда были две собаки, короче — настоящий сумасшедший дом. Наиля предложила проводить свопы в публичном месте, и стало немного проще.

Есть такой сексистский стереотип, что любое девичье сообщество — змеюшник, где все сплетничают и перемывают друг другу кости. Мы прекрасно развлекаемся без этого. Мы стали проще относиться к вещам, изменению стиля. Более того, очень многие мои подруги одновременно с участием в своп-движении пришли к абсолютно расслабленному, бодипозитивному отношению к себе, перестали держать джинсы, для которых нужно похудеть, платье, «которое ждет лучшую тебя».

Я не отказалась от покупок вещей совсем. Я нормальный взрослый человек, у меня есть потребности. Но мой шкаф больше не забит непонятно чем.

Мои шопоголизм и неумеренный «консьюмеризм», думаю, появились от того, что росла я в диком дефиците одежды: одна куртка на зиму, две пары джинсов. Многие мои ровесники (а я родилась в 1986-м), думаю, также через это прошли, когда на «Черкизоне» приходилось топтаться на клеенке в одних трусах при минус 20 градусах. Никакого H&M, понятно, тогда не было. Нынешние 16–19-летние, мне кажется, совсем по-другому относятся к вещам. Да и дресс-коды уже не «провозглашают», кто ты. Ведь раньше готы одевались как готы, металлисты — как металлисты, скинхеды — как скинхеды. Это было прямо важно. Сейчас по нашему виду сложно определить, кто мы. Идентифицируем мы друг друга иначе.

Я не знаю ничего о том, каким было своп-движение в России до нас и было ли оно вообще. Мне кажется, раньше просто не было запроса, не было этого ощущения «переупотребления», готовности расставаться с вещами. Чтобы готовность появилась, нужен определенный «пережор».

Девочки мне рассказывали (и мне это очень льстит), что они приходили на западные своп-вечеринки, и там люди отдавали реальную ерунду. На наши свопы приносят очень мало откровенно плохих вещей. И очень часто отдают хорошие, дорогие вещи. Я на зарубежных свопах никогда не была, но хорошо знакома с зарубежными секонд-хендами. На Западе к ним, конечно, относятся иначе. У нас «секонды» по-прежнему очень сильно ассоциируются с нищетой, а вовсе не с желанием сэкономить. Слишком сильно история придавила нас коллективизмом.

Я не стала изучать историю мировых свопов, потому что знала, что в России все равно все пойдет своим путем. Какие правила мы заведем, так и будет. У нас нет задачи стать первыми в мире, лучшими, получить какой-то «Оскар» по свопам. Самое важное — просто делать.

Да, свопы — это довольно энергозатратное мероприятие, но я всегда стояла и буду стоять на том, чтобы они были бесплатными. Для меня эта история вообще не про деньги. И меня огорчает, когда свопы пытаются монетизировать. Я стараюсь публично не выяснять отношения: я феминистка, и ругать других девчонок за то, что они что-то делают и получают за свою организацию деньги, мне не хочется. С другой стороны, у людей есть альтернатива. У нас хаос и бардак, и он не всем комфортен. А у них вешалочки, комфорт, спокойствие и салонные разговоры. Кто-то готов платить за это деньги. Я в общем целиком за то, чтобы свопов было как можно больше. Очень хочу сделать мультигендерный своп, но это пока слишком сложно. Девичья социализация все-таки принципиально отличается от мужской.

Я периодически, особенно когда устаю, задаю себе вопрос: зачем я этим занимаюсь? Наверное, потому, что я люблю сообщества и люблю их строить — интуитивно, не делая из этого маркетинг. Я люблю смотреть, как «растут», меняются люди вокруг. Речь идет, по сути, о насаждении, заведении новой привычки, и это довольно прикольное ощущение. Привычка — это не тренд, она долговечная. Тебя не будет, а привычка у людей останется. Я просто тот еще левый идеалист, анархист и считаю, что мы должны жить без государства, без капитала, без контроля. Мы сами знаем, что нам надо. Поэтому, когда речь идет про что-то, где нет денег, иерархии и контроля, я целиком за этот вариант. Думаю, что Россия — красная держава и всегда ею будет, что бы нам ни навязывали. Мы очень коллективные, абсолютные коммунисты во всех наших проявлениях. Как бы нам ни объясняли, что мы люди разъединяющиеся, мы люди объединяющиеся. А если нас что-то и разъединяет, то это, скорее всего, мороз.

Алиса Таежная, организатор Swap Gala, рассказала РБК, как родилась идея проведения подобных мероприятий
Фото: Юлия Спиридонова для РБК

O'qishni davom ettirish uchun tizimga kiring. Bu tez va bepul.

Roʻyxatdan oʻtish orqali men foydalanish shartlari 

Tavsiya etilgan maqolalar

Импортозамещение выходит на новый уровень Импортозамещение выходит на новый уровень

Российская промышленность снижает зависимость от иностранных поставщиков

РБК
Город внутри Город внутри

Интерьер, в котором как в Зазеркалье отражается панорама большого города

AD
«Двойка» за хорошее поведение «Двойка» за хорошее поведение

BMW M2 Gran Coupe: баварское купе, которое на самом деле седан

Автопилот
Призрачное счастье Призрачное счастье

Писательница Кристина Лопес-Барио рассказывает о волшебном мадридском лофте

AD
Десерт для патриота Десерт для патриота

В Америке тыквенный пирог в день благодарения — символ национальной идентичности

Вокруг света
Хищные скорпионницы мелового периода Хищные скорпионницы мелового периода

Результаты новой экспедиции на Хасуртый для сбора ископаемых насекомых

Наука и жизнь
Северные папы Северные папы

Эти мужчины — разного возраста, разных профессий, но все они — папы

Seasons of life
Сергей Измалков: «Это точно не про колхоз» Сергей Измалков: «Это точно не про колхоз»

Сергей Измалков об экономике шеринга и тренде на совместное потребление

РБК
Советский модернизм Советский модернизм

Вспоминая архитектурную «перестройку»

Наука и жизнь
Зимний букет Зимний букет

Я хорошо помню то утро, когда мир дрогнул и начал разваливаться

Наука и жизнь
От советских премьеров к российским миллиардерам От советских премьеров к российским миллиардерам

Из чего вырос ресторан «Гусятникоff» братьев Ротенбергов

Forbes
Основная практика Основная практика

Брутальный экоинтерьер с элементами лофта

AD
Умные томаты Умные томаты

Как построить агробизнес в городских условиях?

Forbes
Выйти из сумрака Выйти из сумрака

С балкона небоскреба сорвать сливу или персик — для Китая это уже не фантастика

Вокруг света
Головное предприятие Головное предприятие

Лондонский Lock & Co. Hatters — старейший шляпный магазин в мире

Вокруг света
Портрет с натуры Портрет с натуры

Дизайнер написала портрет заказчицы, отразив ее вкусы и предпочтения в интерьере

AD
Куда плывёт плаун? Куда плывёт плаун?

Как растения образуют «ведьмин круг»?

Наука и жизнь
На крыльях стрекозы На крыльях стрекозы

Бренд Dragonfly стал лидером на российском рынке экипировки для отдыха

Forbes
Московские мастерские Московские мастерские

Этот номер не мог сложиться без материала о московских художниках

Seasons of life
На выдумки хитры На выдумки хитры

Владельцам шеринг-проектов приходится вводить новые услуги

РБК
Без определенного места сожительства: как коворкинги и коливинги вытесняют офисы и квартиры Без определенного места сожительства: как коворкинги и коливинги вытесняют офисы и квартиры

Экономика шеринга развивается во всем мире с огромной скоростью

РБК
Мухит Сейдахметов: «Самая большая проблема шеринга — ментальность» Мухит Сейдахметов: «Самая большая проблема шеринга — ментальность»

Интервью с генеральным директором каршеринга «Делимобиль»

РБК
Миллионер из хрущоб: можно ли изменить свой социальный статус благодаря шерингу по подписке Миллионер из хрущоб: можно ли изменить свой социальный статус благодаря шерингу по подписке

Сервисы, предлагающие в аренду предметы повседневной жизни, набирают обороты

РБК
Басманные бабушки Басманные бабушки

Художник Аня Десницкая о зарисовках из жизни и разговоров бабушек

Seasons of life
Дошли до выручки Дошли до выручки

Ниша шеринга привлекает новых игроков, но гарантий высокого дохода не дает никто

РБК
Дог‑шоу Дог‑шоу

Дизайнер собрал мебель и предметы искусства разных эпох в единую композицию

AD
Старообрядцы, китайцы и физики Старообрядцы, китайцы и физики

Как попасть в гости к настоящей нетуристической Москве

Seasons of life
Неронные связи: 7 мифов о римском императоре Неронные связи: 7 мифов о римском императоре

Правда и мифы о римском императоре Нероне

Вокруг света
С красной строки С красной строки

Красный цвет в квартире дизайнера Мари-Кристин Фолленфант символизирует оптимизм

AD
Короли Севера Короли Севера

«Вокруг света» собрал полотно из рассказов жителей и гостей столицы Заполярья

Вокруг света
Открыть в приложении