«Я помню море»
Грозди разноцветных кистей на фасаде Палаццо Читтерио стали едва ли не самой узнаваемой картинкой Миланской недели дизайна в этом году. Так был оформлен вход в павильон Узбекистана — страны, которая впервые приняла участие в главной мировой дизайн-выставке. Проходя под этими кистями, я еще не знала, что так обычно украшают свои юрты каракалпаки, коренные жители Приаралья.
Аральского моря уже давно нет, на его месте пустыня, поросшая кустарниками — саксаулами. Вода из акватории ушла еще в конце 70–80-х годов XX века, и это стало самой настоящей экологической катастрофой. Люди тоже постепенно начали оставлять эти места. Но не все. Кто-то хранит память, традиции, а кто-то мечтает о том, что здесь может появиться и новая жизнь. Название проекта, представленного в Милане, — «Когда цветет урюк». Над ним работала огромная международная команда: кураторы, архитекторы, операторы, археологи, художники, дизайнеры, ремесленники — Узбекистан, Таиланд, Великобритания, Италия... Говорить не только об эстетике, бесстрашно идти в болезненное, в трагическую историю огромного региона, который потерял свое главное сокровище — воду, — этим запомнился павильон Узбекистана. И еще — встречей с человеком по имени Октябрь. Он стоял за длинным столом, на котором были собраны артефакты Приаралья. И рассказывал каждому, кто подходил (а людей было очень и очень много), об Аральском море, его трагедии, о сегодняшней жизни людей, живущих там, давал подержать в руках ракушки, песок, камыши, глину.
Оказалось, что Октябрь Доспанов — археолог, ученик Игоря Савицкого, всю жизнь отдал работе в Нукусском музее изобразительных искусств. Родом из тех мест, помнит, когда Аральское море еще было морем и по нему ходили рыболовецкие корабли, как ловили сомов по 15 килограмм, какими могучими были рыбаки («У моего отца рост был более двух метров, можете поверить?»). Сейчас ты это слушаешь как миф. И хочешь продолжения. Вернувшись домой — я в Москву, а он в Нукус, — мы встречаемся в зуме. Двухчасовой разговор, в конце которого он, конечно, зовет в гости, а я, конечно, соглашаюсь. Теперь мне очень хочется увидеть своими глазами и коллекцию Нукусского музея, и средневековое городище Джампык-кала, и беленые домики Муйнака, построенные из камыша и глины, и весну, любимое время года моего героя. И еще теперь, проезжая в метро станцию «Тверская» или переходя на «Пушкинскую», я буду знать, что их стены выложены каракалпакским мрамором.