Колибри и Достоевский
Самба, футбол, преступность, «много-много диких обезьян»… Автор «Вокруг света» отправился в путешествие по самой большой стране Южной Америки и выяснил, насколько правдивы расхожие стереотипы о Бразилии и бразильцах.
Как и любая страна, Бразилия начинается с пограничников. Они держатся с достоинством и говорят по-английски.
После того как вы прошли пограничников, вы уже вряд ли встретите кого-нибудь, кто знаком с таким экзотическим для этих мест языком. Бразилия – единственная португалоязычная страна в Южной Америке. Попытка заговорить с местным жителем на английском чаще всего вызывает радостное недоумение – наверное, так бы реагировали москвичи, если бы к ним подходили китайские туристы, ожидая, что те поймут их язык. Некоторые бразильцы с надеждой в голосе спрашивают: «Эспаньоль?» – как правило, если местный житель выучил иностранный язык, это именно испанский. Зато если вы освоили хотя бы базовые фразы на португальском, бразильцы оценят это и постараются вам помочь. Представление о них как о вечно улыбающихся весельчаках, может быть, и преувеличено, но недалеко от истины: они очень легко идут на контакт с незнакомцами. «Иностранцы всегда удивляются, когда я начинаю общаться с водителем автобуса, – говорит Элайни, жительница Сан-Паулу, самого крупного города в стране. – Им сразу кажется, что он, наверное, мой давний знакомый. А я просто не понимаю – зачем ехать и молчать, если можно поговорить?» При этом, вопреки представлениям о латиноамериканском темпераменте, бразильцы гораздо менее вспыльчивы, чем европейцы. Даже сигналы автомобиля – большая редкость. А о том, чтобы на улице кто-то кричал или ругался, вообще не может быть и речи.
Белу-Оризонти: много диких обезьян
Во дворце Свободы в Белу-Оризонти сотрудница, говорящая по-французски, проводит для меня экскурсию и обсуждает судьбу легендарного бразильца Альберто Сантос-Дюмона, которого здесь считают изобретателем авиации. Дворец Свободы – бывшая резиденция губернаторов горнорудного штата Минас-Жерайс. В нем сохранились интерьеры конца XIX века. В одной зале – портреты всех губернаторов. В другой – дамские портреты, но много рам пусты. «Тут были только мужчины, – объясняет сотрудница, – вот руководство и решило сделать галерею портретов жен губернаторов. Но их труднее найти».