Что можем, пока можно
Письмо редактора
Хотела написать, что мы сдаем этот номер в грустные для российской журналистики времена, но потом подумала, что, если для нее и были какие-то другие времена, я тогда смотрела на видеокассетах мультфильмы про диснеевских принцесс.
Потом я выросла, видеокассеты вошли в категорию «бабушкины рассказы», принцессы стали социальными предпринимателями и венчурными инвесторами, а я делаю о них журнал и ставлю их на обложку. Это была та самая моя мечта в профессии, которую можно произнести вслух только в 16 лет, когда либо космонавтом, либо никак.
Никогда я не ощущала свою сбывшуюся мечту и журналистскую радость столь неуместной, как в те минуты, когда наших коллег и друзей стали один за другим назначать иноагентами, а в Facebook стартовал флешмоб #запрещеннаяпрофессия.
В этот момент мы уже несколько недель готовили большой текст про выдающихся российских женщин-медиаменеджеров и журналисток. Пока мы сдавали его в печать, количество примечаний на полях «внесено в реестр иностранных агентов» увеличилось вдвое.
Вообще Forbes Woman — это журнал о том, что современной женщине нельзя ничего запретить. Это бессмысленно и как-то пахнет нафталином. В новом номере мы сделали об этом спецпроект — рассказали о семи героинях, которые своими историями доказывают, что больше нет деления на «мужское» и «женское» в работе. Хочет она играть в футбол — она играет, хочет побеждать в автогонках — она побеждает, хочет спасать пациентов на операционном столе — она спасает.
Хочет быть журналисткой — она пишет правду.