Сарацинка, воительница, христианка

Существует представление, что в арабском обществе, где особенно сильны традиции, женщине полагалось только материнство, домоводство и услаждение мужчины. Однако это почти не так. «Почти», потому что в эпоху джахилийи – доисламский период – у разных племен бедуинов, из которых постепенно складывался арабский мир, положение женщин различалось. Где-то с ними обращались, как с рабынями, продавали и насильно выдавали замуж, а новорожденных девочек, боясь нужды, даже умерщвляли. Где-то, напротив, женщины пользовались относительной свободой. У арабских историков есть рассказы о том, что у кочевых бедуинов были проститутки, которые поднимали у своих шатров флаги, служившие указанием на то, что к ним может входить каждый желающий. Конечно, по статусу они ни в коем случае не были равны с женами и матерями семейств, но и изгоями в обществе не считались.
У иных кочевников женщина, владевшая собственной палаткой, сама выбирала вторую половинку и дарила будущему мужу копье и палатку, что означало «брак заключен». При этом владелица палатки могла состоять в супружеских отношениях с несколькими мужчинами, пользовалась всеми благами (или несчастьями?) многомужества и любому из своих мужей могла дать развод, когда пожелает. К слову, и сейчас будущего супруга во многих родах бедуинки чаще всего выбирают сами, а мужчины гордятся своим происхождением не только по отцу, но и по матери.
Довольно широкими экономическими и социальными правами обладали женщины на севере Аравийского полуострова у кочевников Бадиет-эш-Шам – Сирийской пустыни. Они получали равную долю с наследниками мужского пола, занимались не только «женскими» ремеслами, но и торговлей. Нормой было участие бедуинок в военных битвах, которые часто развязывались между племенами из-за пастбищ, колодцев и раздела сфер влияния на караванных дорогах. Женщина даже могла быть лишена доли наследства по причине не участия в сражениях. В доисламской арабской поэзии ярко запечатлен образ воительницы верхом на коне, в доспехах и с оружием в руках, свободной и гордой. И часто бывало так, что от желания женщины зависело, будут ли племена жить в мире или станут воевать между собой.